Любое белое пространство внутри флексоида можно рассматривать как частный случай замкнутости, а одно из его вторичных, ориентировочных значений - внутренний мир, субъективность, фантазия.

Простейший случай - так называемая "вакуоля", - обычно имеет две цели: уменьшить необходимость штриховки и массу инертного темного относительно задействованного во внешнем контуре, сделать последний более значимым. Поскольку инертное темное вообще не несет смысловой нагрузки и штриховка нужна более всего именно для выявления контура, возник термин "зануление", означающий предельное сокращение инертного темного. Вакуоля, как символ внутреннего мира, соответствует его примитивным формам.

Особый случай - "Царский стиль". По-существу, это те же вакуоли, носящие откровенно декоративный характер. Какими бы сложными они ни были, их сложность не отражает сложностей внутреннего мира, а, скорее, маскирует отсутствие интровертивной инициативы.

Контур замкнутого фона должен рассматриваться в соотнесенности с внешним контуром флексоида и с другими формами работы. Орнаментальная сложность "Царского стиля" не создает активного фона, а использует пассивный как материал для создания вторичных форм на фоне самих флексоидов.

Замкнутый участок белого - это также скрытый "ян" внутри "инь" (совершенно аналогично символике традиционного инь-ян), особенно если он дублируется сходным по масштабу (ритму) черным флексоидом в другом месте работы (эхо-принцип).

Исследуя, "читая" замкнутости, полезно "размыкать" их, мысленно разворачивая, раскрывая флексоид. Как гармонирует при этом ставшая частью внешнего контура граница замкнутого поля с другими формами? Органично-ли она вписывается в фон или создает напряжение (и если да, то какое?)

И, разумеется, каждое замкнутое белое - отдельный "негативный" флексоид (ср. кружочки потенциального ЯН в "каплях" ИНЬ соответствующего графического символа, - в некотором смысле "азбучного ключа" к флексу). и должно быть понято соответственно.

(стр 143 ФС-22) "Инертную массу флексоида можно занулить. Вот простейший пример на

простейшей форме: ***

Четыре лепестка в 15 сборнике называются "проектами". Выбор "проекта" осуществляется в керос-точке - там,, где "зануленная инертная масса геометрически сверх-тонко (керос-точка как бы не существует, так как именно в ней толщина границы между зануленным пространством и фоном становится нулевой) соединяется, смыкается с внешним белым..."

Хороший флекс не избегает "злых" форм, но пытается ввести их в гармонический, "исцеляющий" контекст, работает с ними.

"Я всегда подчеркивал и выделял крупным каракулем, что флекс - не изобразительное, а выразительное искусство. И в то же время мною и коллегами велись поиски знаков-символов с фиксированным значением (ФС-8). Идея обогащения флекса такой знаковостью всегда ассоциировалась с "Игрой в бисер", в чем я удивительно спелся с таким прекрасным теоретиком, как Прекрасная Дама. По-прежнему веря в возможность такой знаковости, хочу спохватиться терминологически и заодно спохватить концы, которые с концами не сводятся. ВСЯКАЯ ЗНАКОВОСТЬ ФИКСИРОВАННОГО ЗНАЧЕНИЯ ИЗОБРАЗИТЕЛЬНА." (1979, "О выразительном искусстве" в брошюре "Теория флекса: проблемы растут, как пузыри. Доктор Котов обращается к народу")

Флекс с первого дня своего существования "оглядывался" на "Игру в бисер" Гессе. Котов периодично загорался желанием выявить во флексах и орнаментах повторяющиеся формы, предположительно несущие некий невербальный, но ясный конкретный смысл, "обозначить", пометить их некими терминами и ввести во флекс-язык как знаки с фиксированным смыслом, как элементы флекс-словаря, доступного любому флексисту.

Аналогичные попытки независимо от Котовских влияний делал Сергеев, завершив их своим знаменитым циклом "Знаки Ланга". По странной прихоти судьбы периодичность двух динозавров постоянно находилась в "противофазе", иначе флекс, не исключено, действительно мог бы пойти по пути утопической фантазии Гессе.

флекса формы.

см. "ВЫРАЗИТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВО", "ЛАНГА ЗНАКИ".